Олександр Носаль

Виконавчий директор, засновник

Александр Носаль о Евроинтеграции: мяч пока на стороне Украины

В ближайшие несколько лет у Украины нет шансов получить безвизовый режим с ЕС, и власти сделают все, чтобы представить провал не как результат их бездействия, утверждал в интервью DELFI  глава украинской общественной организации “Международный центр реформ” Александр Носаль. По его словам, в этом вопросе, мяч на стороне Украины, которая должна выполнить домашнее задание.

По словам эксперта, главным запросом и ожиданием как украинцев, так и западных партнеров остается борьба с коррупцией. А.Носаль также отметил, что в стране, несмотря на военное положение на востоке, осуществляется реформы. Одной из успешных он называет реформу полиции. Однако пока не реформирована судебная система и прокуратура Украины, от новой полиции немного толку.
 – Как вы прокомментируете принятие Радой закона о меньшинствах? И как вообще требования ЕС к проведению реформ сказываются на Украине?
– Прежде всего нужно отметить, что вокруг этой темы очень много спекуляций и недопониманий. Во-первых, принят не закон о меньшинствах, а поправка в трудовой кодекс, запрещающая дискриминацию в сфере труда, в частности нарушение принципа равенства прав и возможностей, дискриминацию по признаку расы, пола, гендерной идентичности, сексуальной ориентации и других признаках.
Во-вторых, поправка принята в до сих пор действующий трудовой кодекс Украинской ССР от 1971, который уже до конца года должен быть заменен новым. Поэтому целесообразность принятия данной поправки в старый трудовой кодекс, который доживает свои последние дни, и последовавший за этим скандал, вызывает огромные вопросы.
В-третьих, нормы, прописанные в поправке, являются не каким-то новым требованием ЕС или побуждением к реформам, а укладываются в логику главного документа о безвизовом диалоге между Украиной и ЕС – плана действий по визовой либерализации (ПДВЛ). Этот документ представлен еще в 2010-м году и никаких новых требований туда не вносилось.

Ну и, наконец, дискриминация по любому признаку запрещена 24-й статьей Конституции Украины, которая является законом прямого действия. Поэтому когда депутаты отказываются продублировать эту же норму непосредственно в трудовой кодекс, мотивируя отказ якобы заботой о традиционных семейных ценностях, мне становится откровенно стыдно за такой парламент.

– Что можно сказать о перспективах безвизового режима? Насколько, по вашему мнению, европейцы готовы к такому шагу, и все ли для этого сделала Украина?
– О перспективах безвизового режима можно говорить только в контексте выполнения ПДВЛ (план действий по визовой либерализации). Этот документ представляет собой не только набор требований к украинскому законодательству, но и набор формальных критериев, по которым будет оцениваться выполнение этих требований.
План действий состоит из 4-х блоков: -безопасность документов; -нелегальная иммиграция; -общественный порядок и безопасность, включая борьбу с организованной преступностью и коррупцией; -внешние отношения и фундаментальные права.
Антидискриминационная поправка в трудовой кодекс относится как раз к четвертому блоку. Но самые большие проблемы украинских властей с третьим блоком – борьбой с коррупцией. Об этом постоянно твердят как гражданские организации внутри страны, так и наши западные партнеры от посла США Д.Пайетта до Верховного представителя Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности Ф.Могерини.
По моему мнению, скандал вокруг антидискриминационной поправки является очередным способом отвлечения внимания общества от провала имплементации ПДВЛ. В первую очередь от провала в борьбе с коррупцией. Очевидно, что в ближайшие несколько лет у Украины нет шансов получить безвизовый режим с ЕС и власти сделают все, чтобы представить провал не как результат их бездействия, непрофессионализма и покрывания коррупции, а как якобы фундаментальное несоответствие европейских либеральных и украинских традиционных семейных ценностей. Именно это делала предыдущая власть. Но популистический мачизм депутатов и забота о духовных скрепах имеет мало общего с реальностью.
Даже традиционное украинское общество по своей сути либерально, а Евромайдан в своей основе имел явно выраженные европейские ценности и проевропейское стремление украинцев.
Что касается готовности Европы, то, опять-таки, мяч пока на стороне Украины, и пока не будут выполнены формальные требования ПДВЛ, рано говорить об отношении европейцев. Сначала Украина должна выполнить свое домашнее задание, и неизвестно, сколько времени на это понадобится, учитывая скорость реформ, которую демонстрирует нынешняя украинская власть.
– Как на фоне затишья на фронте проходит процесс реформ? Что сейчас является приоритетом?
– Главным запросом и ожиданием как украинцев, так и наших западных партнеров остается борьба с коррупцией. Создана новая независимая структура – антикоррупционное бюро, и проведен отбор детективов, однако для того, чтобы бюро могло начать свою работу, должна быть сформирована Специальная антикоррупционная прокуратура. Эта структура будет иметь исключительное право выступать обвинителем в антикоррупционных уголовных процессах. И с этим как раз наибольшие проблемы, так как состав конкурсной комиссии по отбору антикоррупционного прокурора вызывает огромные вопросы.
Дискредитировавший себя генпрокурор Шокин делегировал в комиссию таких же дискредитировавших себя представителей старой системы и упорно их отстаивает. Но это уже вопрос непосредственно к президенту: почему генеральный прокурор, фактически проваливший задания по борьбе с коррупцией, до сих пор занимает свое кресло и, более того, влияет на работу новосозданных антикоррупционных органов. По заявлениям президента, антикоррупционная прокуратура должна начать свою работу до 1-го декабря, поэтому ждать осталось недолго. Однако у общества большие опасения по поводу независимости будущего антикоррупционного прокурора.
Наибольшим видимым успехом пока остается реформа патрульной службы и последовавший за ней старт реформы полиции в целом. В Киеве эффект ощутим, однако будем честными: пока не реформирована судебная система и прокуратура, от новой полиции немного толку. А с судебной реформой, к сожалению, пока мало продвижений.
Успехами в сфере электронных госзакупок может похвастаться Министерство экономического развития и торговли. Есть некоторые успехи в сфере энергетики. Например, принятие закона о либерализации рынка природного газа. Своим ходом идет реформа высшего образования, которая, однако, не является каким-то радикальным прорывом. Есть сферы, в которых реформы откровенно саботируются, к примеру, реформа здравоохранения.
В целом нет ощущения, что затишье каким-то образом ускорило процесс реформ. Это независимые процессы. И если раньше украинская власть могла утверждать, что военные действия на востоке страны серьезно препятствуют радикальным реформам, то сейчас их набор отговорок для общества значительно сузился.
– Что можно сказать о финансовой ситуации в стране? Утверждают, что страна на грани финансовой катастрофы, что нужно сделать для того, чтобы этого не случилось?
– Финансовая ситуация действительно оставляет желать лучшего, хотя я бы не говорил о будущей катастрофе и оцениваю ситуацию как сдержанно оптимистичную. Так, в III квартале украинская экономика вышла из рецессии, которая продолжалась 18 месяцев. По отношению к предыдущему кварталу ВВП незначительно вырос – на 0.5-0,8%, замедлился спад промышленного производства. В следующем году прогнозируется рост экономики на уровне 2-2,5%. Динамика выхода украинской экономики из кризиса напрямую зависит от результативности реформ.
Рецепт для выхода из финансового кризиса прост и универсален: сокращение госрасходов с одновременным привлечением инвестиций.
Если говорить о госрасходах, то они в Украине необычайно раздуты и равны около 50% от ВВП. К примеру, Литва, имеет госрасходы на уровне 34% от ВВП. Развивающаяся экономика с таким уровнем коррупции, как в Украине, не может себе позволить такие госрасходы, так как мы прекрасно понимаем, с какой эффективностью они распределяются, и какой коррупционный процент в них заложен.
Большинство госпредприятий в Украине убыточны. При этом мы прекрасно понимаем, что большинство госкомпаний контроллируются олигархами, которые, владея миноритарным пакетом акций и имея подконтрольный менеджмент в госкомпаниях, получают сверхприбыли, в то время, когда государство терпит убытки. Наверное, самая известная история из этой серии связана с “Укрнафтой”, контролируемой И.Коломойским, которая на протяжении трех лет отказывалась перечислить государству дивиденды в общей сумме 1,8 млрд гривен. Поэтому большинство госкомпаний должны быть цивилизовано приватизированы. Это не только уменьшит госрасходы, но и принесет огромные поступления от приватизации.
Что касается инвестиций и инвестиционной привлекательности, то тут тоже все предельно ясно. Государство должно обеспечить условия и завоевать доверие инвесторов, причем не только внешних и крупных. В Украине достаточно денег, однако инвестировать в таких условиях, скажем, в собственный мелкий бизнес довольно рискованно. Главные условия улучшения бизнес-климата все те же: борьба с коррупцией, реформа судебной системы и налоговая реформа.

0

12636